Роль лосс-аджастеров в урегулировании убытков по корпоративным видам страхования

Статья посвящена независимым специалистам по урегулированию убытков (лосс-аджастерам). В тексте приводится краткое описание функционала этих экспертов и их места на страховом рынке. Описываются критерии выбора и порядок работы лосс-аджастеров для страховщиков и перестраховщиков, а также применяемые на страховом рынке оговорки.

Введение

Лосс-аджастеры – полноценные участники страхового рынка Российской Федерации.

Кто такой лосс-аджастер (loss adjuster)? Ответ на этот вопрос кроется в самом названии при прямом переводе с английского языка двух слов, составляющих этот термин: loss – убыток, ущерб, потеря и adjuster – регулировщик, оценщик, настройщик.

В России наиболее устоявшееся определение лосс-аджастера – независимый специалист по урегулированию убытков, также встречается термин независимый аджастер.
Их услугами пользуются страховщики, страхователи и перестраховщики при:

• заключении договоров страхования/перестрахования (предстраховые осмотры, т.н. риск-сюрвеи);
• сопровождении договоров страхования/перестрахования (осмотры в период действия договоров и консультации в связи с изменением степени риска);
• урегулировании убытков по этим договорам;
• взыскании оплаченных страховых убытков с виновных лиц по договорам страхования (суброгация).

В статье речь пойдет о роли лосс-аджастеров в урегулировании убытков по договорам страхования и перестрахования по корпоративным видам страхования. К ним относят: страхование имущества юридических лиц, строительно-монтажных рисков, спецтехники, железнодорожной техники, сельскохозяйственное страхование, морское страхование, страхование грузов, страхование ответственности, страхование финансовых рисков. Также к корпоративным видам относят авиационное и космическое страхование. В некоторых страховых компаниях эти линии бизнеса выделены в отдельные направления. Сервис лосс-аджастеров по урегулированию убытков наиболее востребован всеми участниками страхового рынка и сегодня составляет львиную долю в количестве заявок заказчиков по отношению к другим направлениям деятельности, о которых шла речь выше.

Нестабильные времена рождают кризис доверия

С середины 2022 года на рынке крупного корпоративного страхования стали появляться сигналы, которые могли свидетельствовать о зарождающемся кризисе доверия между страховыми компаниями и крупными корпоративными клиентами. Западные перестраховщики, являясь лидерами всех перестраховочных размещений, долгие годы устанавливали свои правила игры на российском страховом рынке, и все участники (корпоративные страхователи, страховщики, брокеры, лосс-аджастеры, юристы) следовали всем установленным годами правилам. Как писаным (специальные оговорки или отдельные условия в договорах), так и неписаным (общепринятые обычаи делового оборота на страховом/перестраховочном рынках).

Практически одномоментный уход с российского страхового рынка западных перестраховщиков, прекращение ими не только выполнения взятых на себя обязательств по выплате перестраховочных возмещений, но даже прекращение любых форм контактов с российскими страховщиками или страховыми брокерами – все это послужило сигналом для некоторых корпоративных страхователей сменить формат партнерских взаимоотношений со своими российскими страховщиками на сугубо формальный. Часто это звучало как «нас не волнует ваше перестрахование, у нас договор страхования с вами», хотя программы и требования к перестрахованию часто готовились страхователями, размещение риска в перестрахование осуществлялось брокерами, рекомендуемыми страховщикам также самими корпоративными клиентами.

Уход западных перестраховщиков и сложная ситуация для российских страховщиков, вынужденных продолжать действовать строго в соответствии с условиями ранее заключенных договоров перестрахования до истечения срока их действия, например, в части обязанности согласовывать принимаемые решения по выплатам с лидерами программ перестрахования, в надежде в будущем все же получить перестраховочные возмещения, начали приводить к созданию спорных ситуаций.

В этих условиях на рынке стали проявляться различные консультанты, юристы и эксперты, которые, пользуясь ситуацией временной неопределенности, стали рекомендовать страхователям пойти по формальному пути. Т.е. пытаться переводить отдельные спорные ситуации из формата диалога и поиска взаимовыгодных компромиссов в формат досудебных претензий или даже арбитражных разбирательств. В ходе таких попыток имели место примеры буквального прочтения различных условий договоров страхования и перестрахования, игнорировался смысл ряда оговорок, которые работали десятилетиями на российском страховом рынке, и никому в голову не приходило начать их оспаривать или пытаться трактовать иным образом.

При этом «перегибы на местах» имели место и со стороны некоторых страховщиков, которые попытались поставить под сомнение как общепринятые обычаи страхового/перестраховочного делового оборота, так и условия отдельных оговорок в действовавших договорах. Эти действия также затронули и годами сложившиеся подходы и принципы работы отдельных страховщиков с российскими лосс-аджастерами. Последние всегда работали в интересах всех участников рынка, хотя формально назначались/согласовывались западными перестраховщиками-лидерами. Попытка изменить или в отдельных примерах прямо разрушить многолетние подходы привели к тому, что на рынке имели место такие примеры, как выбор лосс-аджастера по единственному критерию «минимальная цена» («давайте купим «Aurus» по цене «Оки», находясь в заблуждении, что все эксперты одинаковы), многомесячные задержки оплат за услуги привлеченных лосс-аджастеров («не мы вас назначали, идите к западным перестраховщикам»), оспаривание или прямое невыполнение инструкций лидера, в том числе в части кандидатуры или инструкций для привлекаемого лосс-аджастера («а где прописаны санкции за нарушение?»). Или, уже с другой стороны, внезапная готовность отдельных экспертов писать в отчетах то, что хочет видеть заказчик. Потеря заказчиков с западного рынка перестрахования, а также попытки некоторых страховщиков выдумать «собственные подходы», превратила отдельных бывших независимых специалистов (уже невозможно применить термин лосс-аджастер) в специалистов, работающих в интересах конкретного заказчика, даже несмотря на потерю деловой репутации на страховом рынке.

Специалист vs. независимый специалист

Специалистами по урегулированию убытков могут себя по праву считать значительное количество (сотни) профессионалов, работающих в разных компаниях и представляющих, в том числе, диаметрально противоположные интересы: сотрудники подразделений по урегулированию убытков страховых и перестраховочных компаний, сотрудники подразделений по урегулированию убытков страховых брокеров или страховых консультантов, менеджеры по страхованию или урегулированию убытков страхователей, представители страховых подразделений банков или лизинговых компаний, сотрудники различных государственных и негосударственных экспертных и оценочных компаний.

На рынке есть примеры, когда страховые компании нанимают в свой штат сотрудников, которые в качестве внутренних экспертов выполняют некоторые функции лосс-аджастеров. При этом возможность использования результатов такой работы в подавляющем большинстве случаев ограничена исключительно заказчиком, в роли которого обычно выступает либо подразделение по урегулированию убытков этого страховщика, если внутренние эксперты выделены в обособленное подразделение, либо руководство подразделения по урегулированию убытков, в котором работает данный эксперт. Очевидно, что в случае любой, даже минимально спорной ситуации, беспристрастность и отсутствие зависимости таких экспертов от руководства работодателя может быть поставлена под сомнение, что точно не приведет к упрощению и ускорению процесса урегулирования в целом. Хотя решением именно этих задач руководствуется страховщик, нанимая экспертов в свой штат. Однако, когда речь идет о небольших рисках, простых или очевидных случаях, ограниченном количестве участников урегулирования (страховщик – страхователь) без вовлечения состраховщиков, перестраховщиков, банков-залогодержателей или иных выгодоприобретателей, использование внутренних экспертов может иметь место. Также бывает, что страховщик не раскрывает страхователю свою внутреннюю «кухню» по урегулированию (кто именно от имени страховщика осматривал поврежденное имущество, оценивал размер убытка и рассматривал соответствие его страховому покрытию) и никаких вопросов и споров не возникает.

Аналогичная картина складывается и при работе некоторых страховщиков с внешними экспертами в виде ИП или юридических лиц, которые формально не являются структурными подразделениями страховщика или страховой группы в целом, но при этом отсутствие работы с этими экспертами или единичность заявок от других крупных рыночных страховщиков, а также некоторые другие признаки, могут свидетельствовать о возможной аффилированности таких экспертов с конкретными страховщиками, хотя, на первый взгляд, все «приличия» как будто бы и соблюдены. Здесь, как и в описанной выше ситуации с внутренними экспертами, если у участников урегулирования с разных сторон не возникает вопросов или споров по кандидатуре эксперта, предлагаемого страховщиком, либо стороны не обязаны следовать условиям договоров страхования/перестрахования о контроле за урегулированием (о которых речь пойдет ниже), также может не возникать непреодолимых препятствий для работы таких экспертных компаний.

Необходимо еще раз напомнить читателю, что, хотя мы с этого начали эту статью, мы здесь не рассматриваем оказание независимых экспертных услуг при урегулировании убытков в массовых видах, таких как автокаско (не путать с каско морских судов), ОСАГО или, например, ДМС.

Что нужно, чтобы стать лосс-аджастером

За прошедшие десятилетия российский страховой рынок, переняв положительный опыт от международных коллег, определился с критериями, предъявляемыми к лосс-аджастерам при урегулировании крупных и технологически сложных убытков:

1. Независимость. В общепринятом смысле независимость означает самостоятельность, суверенитет, отсутствие подчиненности и зависимости. В контексте страхования речь идет о независимости как от заказчика услуги (в большинстве случаев являющегося техническим плательщиком услуг лосс-аджастера), так и от любых других участников процесса урегулирования по конкретному событию, заявляемому как убыток по договору страхования (перестрахования). В урегулировании одновременно может принимать участие значительное количество сторон: страховщик, состраховщики, перестраховщик(и), страхователь, выгодоприобретатель, банк-залогодержатель, страховой и/или перестраховочный брокер(ы), страховой консультант любой из сторон и иные лица. Лосс-аджастер, получая заявку, никогда не знает, какой круг лиц будет итоговым пользователем его отчета/рекомендации/акта осмотра или иного выпускаемого им документа. Поэтому, выполняя заявку любого заказчика, лосс-аджастер осознает, что результаты его работы могут быть использованы в конечном счете очень широким кругом лиц. Фактически, и это не преувеличение, лосс-аджастер работает одновременно на весь страховой рынок.
2. Доверие. Этот критерий можно поставить в один ряд с репутацией. Если у привлекаемого к урегулированию лосс-аджастера будет отсутствовать соответствующая репутация и признание среди всех участников процесса, то это может привести к конфликтным ситуациям. Т.е. либо к неготовности какой-то из сторон урегулирования признавать результаты работы лосс-аджастера в целом, либо, как частный случай, только его расчета размера страхового возмещения.
3. Профессионализм. Наряду с опытом в конкретной отрасли является очень важным критерием, позволяющим как заказчику, так и потенциальным пользователям услуги быть уверенными, что в хоте урегулирования лосс-аджастер не будет «изобретать велосипед». Т.е. по всему циклу урегулирования все необходимые аспекты будут изучены не просто должным образом, но и максимально эффективно с точки зрения времени и издержек.
4. Членство в профессиональной организации. Это показывает всем участникам урегулирования, что лосс-аджастер не просто готов предоставлять свои услуги заказчикам, но и соблюдать стандарты и правила, принятые в отрасли. Готовность перенимать и передавать свой опыт коллегам по цеху, постоянно развиваясь в профессиональном смысле. Участие в образовательных семинарах для участников страхового рынка является неотъемлемой частью деятельности лосс-аджастера.

Любое лицо, обладающее определенными навыками, может объявить себя в качестве «независимого эксперта» и начать предлагать свои услуги на страховом рынке. Однако это не сделает его лосс-аджастером, которому все потребители этой услуги доверят рассмотрение своих убытков не то что на миллиарды, но даже на сотни миллионов рублей.

Национальная Ассоциация Страховых Аджастеров

Деятельность лосс-аджастерских компаний на территории Российской Федерации берет свое начало с середины 90-х годов XX века, когда у западных перестраховщиков появилась потребность в получении услуг мирового уровня по урегулированию крупных убытков на территории России. С тех пор ряд ведущих международных лосс-аджастерских компаний начали открывать свои представительства или заключать партнерские соглашения с местными экспертами, передавая им свои подходы, опыт и традиции. Во всем мире для поддержания высоких стандартов оказания услуг такие компании объединяются в национальные ассоциации.

В 2010 году в нашей стране по инициативе ведущих специалистов в области оценки рисков и урегулирования убытков была создана Национальная Ассоциация Страховых Аджастеров (НАСА), объединившая ряд организаций с целью развития в России цивилизованного рынка услуг независимых страховых экспертов.

НАСА проводит координационную работу среди компаний, входящих в ее состав, разрабатывает и утверждает стандарты и правила предпринимательской деятельности своих членов, создает и реализует целевые программы, направленные на развитие аджастинга (независимого урегулирования убытков), как отрасли страхового дела.

В целях поддержания высоких стандартов профессиональной деятельности членами НАСА была разработана система аттестации и сертификации специалистов в сфере урегулирования страховых претензий. Программа устанавливает три профессиональных квалификационных категории специалистов:

1. Ведущий эксперт по урегулированию страховых претензий;
2. Эксперт по урегулированию страховых претензий;
3. Специалист по урегулированию страховых претензий.

Таким образом, члены НАСА обеспечивают страховой рынок сертифицированными специалистами, которые могут оказывать услуги в области независимой страховой экспертизы и урегулирования убытков, связанных со страховыми событиями.

Функционал лосс-аджастера при урегулировании корпоративных убытков

Принято считать, что участники договоров страхования и перестрахования привлекают лосс-аджастера для того, чтобы получить ответы на определенные вопросы, которые возникают при урегулировании убытков. Часто они звучат как «Страховой случай или нет?» и «Какая сумма полагается к выплате по этому убытку?». На практике лосс-аджастерам обычно заказывается полный комплекс услуг по урегулированию:

1. осмотр поврежденного имущества для определения объема и характера повреждений;
2. выдача рекомендаций или помощь страхователю в организации мероприятий по спасению имущества и уменьшению убытков;
3. расследование причин и обстоятельств наступления события;
4. сбор информации и документов, имеющих отношение ко всем аспектам произошедшего события;
5. установление факта наступления страхового случая в соответствии с условиями заключенного договора страхования;
6. определение размера убытков страхователя в результате произошедшего события;
7. определение размера страхового возмещения в соответствии с условиями заключенного договора страхования (с учетом франшиз, лимитов и иных положений);
8. сбор документов и доказательств для последующего взыскания различными участниками урегулирования (страховщик, страхователь, выгодоприобретатель) убытков с лиц, ответственных за эти убытки.

Многолетняя практика и условия заключаемых договоров однозначно говорят о том, что привлечение и оплату услуг лосс-аджастера осуществляет страховщик, а не страхователь. Страховщик, в свою очередь, обязан следовать условиям, касающимся назначения/согласования лосс-аджастера, указанным в договоре перестрахования в том случае, если перестраховочное покрытие может быть задействовано по заявленному событию.

При этом на рынке известны примеры, когда лосс-аджастерам даже при крупных убытках заказчик поручает какую-то отдельную часть работы, например, только осмотр или только определение размера страхового возмещения, что в ряде случаев может приводить к спорным или конфликтным ситуациям – осматривали объект одни лица, документы по убытку собирали и анализировали другие, а рассчитывали размер страхового возмещения вообще третьи. Перестраховщики и лидеры по урегулированию не поддерживают такой «рваный» подход к урегулированию, когда нет полной уверенности в том, что каждому этапу урегулирования конкретного убытка уделялось должное внимание, к расследованию на отдельных этапах привлекались эксперты с соответствующим опытом и навыками. И даже если на финальном этапе к установлению факта наступления страхового случая или определению размера страхового возмещения по документам уже привлекаются (при содействии, а в некоторых случаях даже прямом требовании лидера по урегулированию) высокопрофессиональные и авторитетные лосс-аджастеры, это не может гарантировать сторонам того, что важные аспекты, влияющие в будущем и на квалификацию страхового случая, и на размер возмещаемых убытков, не могли быть упущены или не до конца проработаны на стадиях осмотра места события или сбора документов.

Особо нужно подчеркнуть, что лосс-аджастер не имеет полномочий по признанию случая страховым. Он может лишь как независимый эксперт рекомендовать страховщику/состраховщикам/перестраховщику принять то или иное решение. Но само решение по квалификации заявленного события страховым случаем принимает страховщик. Если условия программ страхования/перестрахования включают в себя определенные полномочия лидера, то такие решения принимаются в соответствии с закрепленными договорами условиями.

«Оговорка о контроле за убытком» и «Оговорка о согласованных лосс-аджастерах»

Практически по всем корпоративным видам страхования в силу значительности размеров страховых сумм или лимитов ответственности, страховщики перестраховывают свои риски у перестраховщиков. При этом, как при облигаторном размещении (перестрахование отдельных линий бизнеса целиком) своих рисков в перестрахование, так и при факультативном перестраховании (перестрахование отдельных рисков) наибольшая доля риска находится у перестраховщиков.

Исторически на рынке перестрахования существуют условия в виде специальных оговорок о контроле (claims control clause) со стороны лидера по урегулированию. В роли такого лидера может выступать не только перестраховщик с лидерскими полномочиями в перестраховании конкретного риска или портфеля рисков, но и кто-либо из страховщиков в системе сострахования. Важно понимать, любой из страховщиков однажды может оказаться лидером по урегулированию и за его решениями (в том числе в части выбора лосс-аджастера) должны будут следовать все иные участники сострахования или перестрахования в рамках условий оговорки о контроле за убытком.

Примеры соответствующих положений о порядке привлечения лосс-аджастеров содержатся в применяемой на перестраховочном рынке «оговорке о контроле за убытком»:

Перестраховщик вправе принимать решения о назначении Перестрахователем экспертов или юристов (лосс-аджастеров, сюрвейеров, инженеров, аудиторов, адвокатов, юристов и иных юридических или консалтинговых организаций и т.п.) на любой стадии процесса урегулирования убытка (включая стадию судебного разбирательства), а Перестрахователь обязан следовать таким решениям, в том числе решению Перестраховщика по выбору соответствующих специалистов.

или

Решения Перестрахователя о привлекаемых экспертах (инженерах, лосс-аджастерах, сюрвейерах, аудиторах, адвокатах и т.п.) должны быть письменно согласованы с Перестраховщиком до того, как соответствующие действия и/или решения будут реализованы Перестрахователем (Цедентом) и/или озвучены им сторонам по прямому (основному) договору страхования.

АО «Российская Национальная Перестраховочная Компания» (РПНК) является лидером перестрахования в Российской Федерации. По итогам 1 квартала 2025 года компания имеет суммарную долю в 73% по объему собираемой премии по перестрахованию корпоративных видов. По линиям бизнеса с очень высокой рисковой составляющей – страхованию имущества юридических лиц и страхованию строительно-монтажных рисков, доля РНПК во входящем перестраховании составляет 70%.

Как уже отмечалось, крупные риски могут перераспределяться между участниками при помощи разных механизмов (сострахование/перестрахование), но при этом все участники такого размещения заинтересованы в том, чтобы урегулирование произошедшего события проводилось беспристрастно и строго в соответствии с условиями подписанных договоров.

Как обеспечить беспристрастность/стабильное качество оказываемых услуг по любому произошедшему убытку вне зависимости от структуры размещения риска среди множества участников?

С учетом тех сложностей, с которыми столкнулись участники страхового рынка после ухода западных перестраховщиков, РНПК для оказания содействия участникам рынка, повышения прозрачности и сокращения количества спорных вопросов в отношении выбора независимых специалистов по урегулированию убытков в 2025 году ввела в действие «Оговорку о согласованных лосс-аджастерах» по следующим линиям бизнеса:

1. Страхование имущества юридических лиц, машин и механизмов от поломок, включая страхование перерыва в производстве.
2. Страхование строительно-монтажных рисков, включая страхование убытков от задержки запуска или страхование предварительной потери прибыли.

Эта оговорка работает в связке с упоминаемой выше «Оговоркой о контроле за убытком».

Таким образом, непосредственные участники урегулирования потенциально крупного убытка заранее, т.е. еще на этапе заключения договора страхования/перестрахования, договариваются о том, кто будет являться тем самым независимым специалистом по урегулированию убытков, действующим в интересах всех сторон.

Это очень удобно, т.к. минимизируется время на выбор и согласование кандидатуры лосс-аджастера. Страховщики (потенциальные заказчики) имеют возможность заранее заключить договоры на оказание услуг с лосс-аджастерами, чтобы не терять время на организационные формальности в случае наступления крупных событий, определиться с кем из списка лосс-аджастеров предпочтительнее работать в разных отраслях промышленности, логистики или сферы услуг и по каким видам событий (пожары, взрывы, поломки машин и оборудования, перерыв в производстве и т.д.).

Очень важным является свобода выбора, при котором страховщик имеет возможность выбрать любого лосс-аджастера из этого списка. Только в отдельных ситуациях у лидера могут возникнуть рекомендации для конкретного события привлечь к работе другого лосс-аджастера из списка, базируясь на более глубоком понимании опыта работы и ресурсных возможностей конкретной экспертной компании в силу владения информацией по результатам урегулирования всех крупных и катастрофических убытков на страховом рынке.

Заключение

Лосс-аджастеры остаются и после 2022 года полноценными участниками страхового/перестраховочного рынка Российской Федерации. В случае наступления крупных или технологически сложных убытков их услугами регулярно пользуются страховщики и перестраховщики в интересах всех участников страховых взаимоотношений.