Суброгация в перестраховании

Действующее законодательство не дает понимания, как суброгация может реализоваться в перестраховочных отношениях. В сфере перестрахования право перестраховщика на суброгацию обладает уникальными особенностями, которые на законодательном уровне до настоящего времени не получили закрепления. В судебной практике обнаружена неопределённость в подходе к рассматриваемой проблеме, что обуславливает актуальность выбранной темы.

Статья ориентирована на правоприменителей, лиц, оказывающих услуги по защите интересов клиентов (работодателей) при разрешении споров, возникающих в результате реализации права на суброгацию, студентов и иных лиц, для формирования правильного понимания применения института суброгации к перестраховочным отношениям. Ключевые слова: страхование, перестрахование, суброгация, арбитражный процесс.

1. Действующее нормативное регулирование института суброгации

По мнению автора, в вопросах применения и реализации пункта 1 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации [5] (далее — ГК РФ) по основному (прямому) договору страхования отсутствует правовая неопределенность в том, каким лицом реализуются суброгационные права.

Данная норма достаточно ясно указывает, что соответствующее право приобретает страховщик (перестрахователь) после выплаты страхового возмещения по основному (прямому) договору страхования. При этом право ограничено возмещенной страховщиком (перестрахователем) частью убытков.

Детально порядок перехода и реализации страховщиком (перестрахователем) суброгационных прав разъяснен высшими судебными инстанциями в пунктах 10, 18 обзора практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 N 75 [6] (далее — Информационное письмо ВАС РФ N 75), пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2024 N 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» [7].

Действующее законодательство не дает понимания, каким образом возможно осуществление суброгации в рамках перестраховочных отношений.

Принимая во внимание, что исследуемая тема не нашла закрепления на уровне закона и разъяснений высших судебных инстанций, судебной практикой выработаны различные подходы при ответе на данный вопрос, с некоторыми из которых нельзя согласиться из-за их противоречия институту перестрахования.

2. Подходы к рассматриваемой теме в судебной практике

2.1. Указание на пункт 1 статьи 965 ГК РФ в обоснование возникновения у перестраховщика права на суброгацию без рассмотрения вопроса о возможности применения данной нормы к перестраховочным отношениям [8];

2.2. Право на суброгацию у перестраховщика возникает в связи с появлением данного права у перестрахователя по основному (прямому) договору страхования [9];

2.3. Исключение, которое стороны основного (прямого) договора страхования предусматривают в отношении права на суброгацию, не означает, что к перестраховщику данное право не переходит, поскольку условие основного (прямого) договора страхования не распространяется на стороны договора перестрахования [10];

2.4. Суброгация исключена условием договора перестрахования. Перестраховщик обладает правом на долю в регрессных требованиях и иных поступлениях, которые уменьшают сумму убытка, пропорционально их участию в риске. В случае реализации суброгационных прав страховщик (перестрахователь) обязан перечислить соответствующую часть полученной суммы перестраховщику, исходя из его доли в выплаченном страховом возмещении [11];

2.5. Право требования в порядке суброгации с виновного лица приобретает страховщик (перестрахователь). Тем не менее, при взыскании денежных средств с виновного лица, страховщик (перестрахователь) обязан осуществить перестраховщику выплату в том размере, который перестраховщик произвел страховщику (перестрахователю) [12].

Далее автор приведет аргументы в обоснование позиции о том, что подходы, изложенные в пунктах 2.1., 2.2., 2.3., не должны применяться при рассмотрении суброгационных исков, а подходы, изложенные в пунктах 2.4., 2.5. основаны на правильном понимании действующего законодательства, сути института суброгации, применительно к договору перестрахования, особенностей перестраховочных отношений.

3. Вывод с учетом теоретических и практических аспектов

Исходя из анализа пункта 1 статьи 965 ГК РФ: (1) страховщик получает право на предъявление требования к лицу, причинившему страхователю вред, при условии возмещения им убытков по основному (прямому) договору страхования.

Замена осуществляется как частный случай перемены сторон в обязательстве, что подразумевает переход прав страхователя к страховщику (перестрахователю) на основании статьи 389 ГК РФ [4];

— (2) в суброгации страховщик (перестрахователь) становится на место страхователя по основному (прямому) договору страхования в обязательстве, возникшем из причинения вреда, следовательно, сам факт ее наступления не свидетельствует о возникновения нового обязательства;

— (3) Право требования страховщика (перестрахователя) к причинителю вреда в рамках суброгации ограничено суммой фактически выплаченного страхового возмещения по основному (прямому) договору страхования. Иными словами, страховщик (перестрахователь) может требовать возмещения только в пределах выплат, произведенных по страховому случаю, и не может претендовать на большее;

— (4) право на суброгацию следует из закона (при условии отсутствия договорного запрета). Для его реализации отсутствует необходимость в специальном оформлении передачи данного права страхователем страховщику (перестрахователю) [13].

Заголовок для врезки (опционально), которого может не быть, можно написать врезку только им, целиком

С учетом изложенного, суброгационное право неразрывно связано с наступлением страхового случая по основному (прямому) договору страхования и выплатой страховщиком (перестрахователем) страхового возмещения страхователю или выгодоприобретателю, а не перестраховщиком в пользу перестрахователя в рамках договора перестрахования.

Из этого следует, что необходимо разграничивать: (1) получение перестраховщиком права на предъявление суброгационного иска и (2) приобретение перестраховщиком права на получение от перестрахователя своей доли денежных средств.

С учетом толкования статьи 965 ГК РФ во взаимосвязи со статьей 13 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015–1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» [14] (далее — Закон N 4015–1), автор приходит к выводу, что суброгация не применяется к договорам перестрахования в классическом понимании, поскольку:

1. В рамках выданной регулятором лицензии, перестраховщик осуществляет свою деятельность исключительно по перестрахованию, что следует из статьи 967 ГК РФ, статьи 13 Закона N 4015–1. Таким образом, перестраховщик не может иметь договорных отношений со страхователями по основным (прямым) договорам страхования. Из этого следует, что в силу закона, перестраховщик не может выступать стороной по основному (прямому) договору страхования.

В силу специфики своей деятельности, перестраховщик имеет договорные отношения только со страховщиками — юридическими лицами, следовательно, невозможен переход от страхователя по основному (прямому) договору страхования перестраховщику права на предъявление притязаний к лицу, ответственному за причинение вреда.

2. Перестраховщик не осуществляет страхователю по основному (прямому) договору страхования выплату страхового возмещения и не может этого сделать в силу закона.

3. Перестраховщик при исполнении договора перестрахования возмещает перестрахователю не убытки, а часть расходов по страховой выплате.

4. Из смысла пунктов 2 и 3 статьи 965 ГК РФ следует, что для реализации суброгационного требования необходимо чтобы страхователь исполнил обязанность по передаче страховщику документов и сведений, которые необходимы для этого.

Поскольку между перестраховщиком и страхователем по основному (прямому) договору страхования не могут возникнуть гражданские правоотношения, страхователь не может передать перестраховщику необходимые для реализации суброгационного требования документы. Перестрахователь также не может передать необходимые документы перестраховщику, поскольку: (1) может принять решение о неподаче перестраховщику заявления об убытке из-за предстоящего продления договора перестрахования и нежелания увеличивать убыточность для получения наиболее оптимальных условий или желания оставить весь убыток на собственной удержании;

(2) перестрахование может быть произведено не на оригинальных условиях. Перестрахователь предоставляет перестраховщику определенный договором перестрахования перечень документов;

(3) при исполнении облигаторного договора перестрахования перестраховщику передаются только бордеро убытков, что, в свою очередь, не обязывает цедента передавать перестраховщику документы для реализации права на суброгацию;

(4) при исполнении непропорционального договора перестрахования при наступлении эксцедента убыточности перестраховщик осуществляет выплату при превышении за согласованный период времени величины убыточности, установленной по соглашению с перестрахователем.

5. Отличие между основным (прямым) договором страхования и договором перестрахования состоит в том, что их объекты страхования разные и страховые случаи не совпадают по времени их наступления.

6. Перестраховщик может не являться конечным держателем риска (части риска), поскольку закон позволяет неограниченное количество раз передавать риск в ретроцессию.

7. Действующий пункт 1 статьи 965 не распространяется на суброгацию в контексте перестраховочных отношений, поскольку предусматривает передачу прав требования исключительно страховщику (перестрахователю) после выплаты им страхового возмещения по основному (прямому) договору страхования.

Автор приходит к выводу, что поскольку право страхователя на возмещение ущерба в рамках суброгации не переходит к перестраховщику, при выполнении обязанности по выплате перестраховочного возмещения перестраховщик приобретает право на получение своей доли денежных средств (в зависимости от структуры перестрахования), фактически полученных перестрахователем в результате реализации права требования к виновному лицу.

Реализация права перестраховщиком при пропорциональном перестраховании

Самостоятельно реализую право на компенсацию ущерба с лица, ответственного за его причинение, перестрахователь самостоятельно реализует право на суброгацию.

При фактическом получении денежных средств в результате реализации права суброгации, перестрахователь перечисляет перестраховщику часть суммы с учетом доли участия перестраховщика в риске. Такого подхода придерживается Ю.Н. Андреев [1].

Такой порядок не является суброгацией, явно выражает право перестраховщика на получение от перестрахователя части суброгации (при фактическом получении денежных средств с виновного лица). При этом, такая особенность законом не урегулирована, а определяется с учетом деловых обыкновений.

Данный подход также закреплен в Концепции развития положений части второй Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре страхования [15] и находит подтверждение в релевантной судебной практике, приведенной в разделе 2 настоящей статьи, с которым согласен Верховный Суд РФ, что подтверждается определением N 305-ЭС16–20993 от 20.02.2017 по делу N А41–90163/2015 [7].

Перестраховщик также имеет право на свою долю из денежных средств, фактически полученных перестрахователем в рамках суброгации от реализации годных остатков, за вычетом величины расходов перестрахователя по осуществлению прав, перешедших к нему в порядке суброгации.

Реализация права перестраховщиком при непропорциональном перестраховании

При данной структуре перестрахования ответственность перестраховщика по выплате возмещения определяется в виде превышения величины окончательного нетто-убытка или значения убыточности над размером приоритета перестрахователя.

В данном случае «окончательность» означает, что перестраховщик остается обязанным перед перестрахователем до момента, когда заявленное перестрахователю требование по основному (прямому) договору страхования не будет им исполнено.

«Нетто» означает, что перестрахователю выплачивается перестраховочное возмещение за вычетом ряда сумм.

Таким образом, окончательным нетто-убытком является итоговая сумма выплат, которую осуществил перестрахователь в результате одного или кумуляции страховых случаев по основному (прямому) договору страхования, которая включает все произведенные перестрахователем расходы по компенсации: (1) реального ущерба, понесенного страхователем по основному (прямому) договору страхования; (2) расходов на урегулирование убытка (убытков), а также расходов по уменьшению убытков от страхового случая и судебных расходов, исключая административные расходы перестрахователя, за вычетом сумм, полученных в результате реализации годных остатков и в результате суброгации; а также (3) размера страхового возмещения, возвращенного страхователем по основному (прямому) договору страхования; (4) иных сумм, полученных перестрахователем, связанных со страховым случаем, которые уменьшают размер окончательного нетто-убытка.

Предположим убыток составил 300 рублей. Приоритет перестрахователя составляет 50 ₽. Перестраховщик возмещает 250 рублей.

В результате реализации перестрахователем права на суброгацию с виновного в убытке лица взыскано возмещение в размере 100 ₽ и данная сумма фактически получена перестрахователем.

В этом случае убыток должен быть пересчитан по условию окончательного нетто-убытка, поскольку на момент его определения для компенсации в перестраховании размер суброгации не был известен и не мог быть учтен.

Из этого следует, что общий размер убытка составляет не 300 рублей, а 200 рублей, приоритет перестрахователя остается неизменным (50 рублей), а размер выплаты перестраховщика уменьшается с 250 рублей до 150 рублей.

С учетом изложенного, посредством применения условия об окончательном нетто-убытке (с условием фактического получения перестрахователем денежных средств с виновного лица в порядке суброгации) и обратного перерасчета убытка, реализуется право перестраховщика на получение соответствующей доли денежных средств, взысканных перестрахователем в результате реализации права суброгации к ответственному лицу.

Также необходимо учесть, что денежные средства, полученные перестрахователем в порядке суброгации и от реализации годных остатков, уменьшают окончательный нетто-убыток при непропорциональном перестраховании.

Подводя итог, автор делает вывод, что суброгация всегда является следствием наступления страхового случая по основному (прямому) договору страхования, а перестраховщик, исполнивший свою обязанность по выплате перестраховочного возмещения, приобретает право на получение им соответствующей доли денежных средств (в зависимости от структуры перестрахования), от суммы, взысканной перестрахователем в результате реализации права требования к виновному лицу.